Голос Череповца — [14 января] 2002 г.

Приключения череповецких артистов во Франции

Череповецкий камерный хор ВОСКРЕСЕНИЕ
Череповецкий хоровой театр «Воскресение» на репетиции в церки города Дюнкерк

— Бон суар месье! Са ва? — приветствует и одновременно вопрошает меня бородатый метрдотель загородной гостиницы «Du Bois la Saule», расположенной в предместье города Сан Валье.

— Спасибо, замечательно! Сегодня первый концерт нашего гранд-хора, — машинально отвечаю я на русском.

Бородатый Жак в мятых штанах и клетчатой рубашке пьяно улыбается мне в ответ и... кивает головой.

— В Дигуэне будет самое отвественное выступление, именно потому, что оно — первое у вас во Франции, — добавляю я. И одновременно понимаю, что общаемся мы на абсолютно разных языках, понимая друг друга без помощи переводчика. Секрет прост, ему безумно интересно покгорить со мной, русским, а мне интересен он, типичный представитель Франции, страны, по которой гастролируем мы — череповецкий хоровой театр «Воскресенье»

Рядовая франзуская семья и я

Забегая вперед, замечу, что такого шумного успеха не ожидал никто. В первую очередь наш продюсер Лионель Дебо. Естественно, он рисковал, приглашая на гастроли необычный и даже непривычный для Франции коллектив солирующих певцов. В результате на первом же концерте в дигуэнском костеле Нотр-Дам нашему хору три раза подряд пришлось петь на бис, повторяя наиболее удачные произведения из своего репертуара. А затем семьсот восторженных зрителей устроили нам дестиминутную (!) овацию. После выступления нам, уставшим русским, объявляют, что завтра мы будем жить в семьях! Дело в том, что буквально накануне приезда хора «Воскресенье» среди жителей 30-тысячного городка Сан Валье был проведен конкурс на знание культуры и истории России. Желающих приютить у себя русских артистов было в несколько раз больше, чем требовалось.

После концерта нас распределили по семьям. Знакомлюсь с хозяевами, супружеской парой — Жан-Клод и Жюлиан Мюсселье. Оба — пенсионеры, живут в старинном двухэтажном особняке постройки 19 века (между прочим настоящем историческом памятнике архитектуры). В доме семь, комнат: несколько спален и залов, столовая, кабинет, кухня. Всюду картины, большие зеркала от пола до потолка, практически вся мебель выпуска 60-х годов. В комнатах достаточно просторно и свежо: французы экономят тепло. Также имеется внутренний дворик с садом, беседкой и скамеечками.

Жан-Клод сменил несколько профессий, работал продавцом и торгово-закупочным агентом. Сейчас получает песию в три тысячи франков (12 тысяч рублей). Примерноо столько же в месяц имеет его супруга. Два года назад 64-летний Жан-Клод начал учиться играть на... тромбоне. На наши удивленные возгласы он отвечает: «А почему бы и нет?» На праздничный ужин заглянул его друг и учитель — дирижёр местного оркестра и хора Хоаким Балаге также с супругой. После второй бутылки великолепного вина «Сан-серра» мы, без знания языка, начинаем прекрасно понимать друг друга. Рассказываем, перебивая: друг друга, о работе, родственниках, детях, кино, музыке. Я пугаю французов холодной русской зимой, они, в свою очередь, удивляют меня перечислением своих автомобилей и домов, которые они сменили в течение жизни. И так за беседой, угощениями и вином мы забываем про время. И вспоминаем лишь, когда глаза у всех нас начинают непроизвольно закрываться от усталости и все запасы алкоголя в доме уже выпиты. Нас укладывают слать на втором этаже в большой теплой спальне, пахнущей, как ни странно, русской деревней.

«Кукольная» Жизнь в Перинге

В провинциальных французских городах меня не покидает странное ощущение кукольности, нереальности происходящего, западноевропейcкой скучной стерильности. Узкие, неровные, петляющие улочки, выложенные гладким булыжником, аккуратные двух-, трехэтажные домики с красными черепичными крышами, маленькие площади с небольшими фонтанами или... авангардными скульптурами (для красоты). Широкие автострады ярко раскрашены пешеходными доходными «зебрами» и указателями переходов. Большинство людей живет достаточно обособлено, они знают только своих друзей и соседей, постоянных завсегдатаев близлежащих кафе и ресторанов. После 21.00 в будние дни улицы буквально вымирают. Кому нужно добираються домой или в гости на автомоибле. Но большинство людей уже готовится ко сну — завтра их ждет очередной трудовой день. Все магазины и бары закрыты, покупки можно сделать только в загородном супермаркете.

К счастью, спят не все

Заблудившись однажды в паутине вымытых с мылом улочек города Периге, я наткнулся на группу французских клошаров. Они развлекались тем, что, набрав в рот керосина, по очереди выдували трехметровые языки пламени. Тот, у кого получалось лучше, эффектнее, чем у других, удостаивался аплодисментов. И все это под шаманский аккомпанемент барабанов и бонгов. При личном знакомстве эти люди, не взирая на их потрепанный и достаточно угрожающий вид, оказались вполне безобидными. Некоторые из них имеют состоятельных родителей, но не хотят или не могут жить, как большинство законопослушных французов.

Французские красотки и русские красавицы

Зато в выходные дни города полностыо преображаются. В частных ресторанчиках и кафе нет отбою от посетителей. По улицам несутся сотни, нет, даже тысячи автомобилей, их обгоняют мотоциклы. Но здесь, во Франции, существует давно установленное неписаное правило: пешеход всегда прав. Потому, что тех, кто передвигается на своих двоих, значительно меньше. Им уступают дорогу везде независимо от официальных переходов. Странное чувство, особенно для нас, с детства приученных бояться несущихся машин.

И, конечно же, с первого же дня пребывания на родине Проспера Мериме, Мопассана, Вольтера и Бсдьмоидо я отыскивал глазами прекрасных француженок. По сути, праправнучек тех, про кого местные гении слагали изысканные стихи и захватывающие любовные романы. Мы выступали в 10 французских городах на юго-западе, юге, а также севере Франции, и ни в одном из них мне не довелось, увидеть настоящую красавицу (в русском понимании этого значения). Мало того, я не увидел, красивых девушек даже по федральному французскому телевидению. Однажды, лениво переключая каналы, в одном из загородных отелей серии: «1-Premiere Classe», я наткнулся на передачу о национальном конкурсе красоты. И что же? С экрана мне улыбались высокие длинноногие девушки с плоскими грудями, осиными талиями и... некрасивыми лицами. В лицах француженок мало женственности, мягкости и наивности (именно того, что более всего нравится обыкновенным мужчинам).

Но, нужно отдать должное, французские прохожие одеваются гораздо живописнее, интереснее и оригинальнее русских. Особенно выходцы из арабских стран и Африки, коих во Франции с каждым годом становится все больше. Многие чернокожие привносят в костюмы элементы своей национальной одежды — пестрой и экзотичной — и даже любят наряжаться с придурью. Немыслимые тюрбаны на головах у женщин, разноцветные халаты и юбки, массивные цепи, браслеты, экстравагантные амулеты и прочие побрякушки. Можно сказать, что к одежде они подходят творчески. Белые же французы в большинстве своем доверяют магазинным, журнальным либо телевизионным стилистам. То есть покупают полный ансамбль модной в нынешнем сезоне одежды сразу: ботинки, штаны, свитер, куртку, шарф и шапку, сочетающиеся между собой. Думать над созданием индивидуального имиджа самому, бегать, подбирая в разных местах подходящие вещи, не их хобби. Зато в витринах магазинов и бутиков стоят мнекены искусно одетые стилистами, рядом приклеена картонка с ценами (как это практикуется в наших жураналах типа «Ом», «Медведь», «Птюч» или «Матадор»). Пожалуйста, выбирай себе подходящий имидж, какой душе угодно. Ансамбли одежды на манекенах периодически обновляются.

Честные католики любят пилигримов

Костел. Католчиеская церковь Нотр-Дам. г. Бержерак.
Костел — католическая церковь Нотр-Дам в городе Бержерак

Один из красивейших костелов Франции находится в городе Кастр, совсем недалеко от Средиземного моря. Внешне церковь святого Жака мало выделяется на фоне остальных домов средневековой постройки. Зато внутри — это величественно-мрачный замок, сложенный из серых каменных глыб. Внутри костела — аккуратные скамеечки или откидные стульчики для прихожан, старинные органы, статуи Девы Марии, которую французские католики почитают не меньше чем Иисуса — Сына Божия. Он находится на алтаре, по правую руку от Марии. В отличие от православных церквей, здесь немного икон. Зато все они являются настоящими произведениями искусства. Так же, как в России, здесь зажигают свечи различным святым. Эти свечи, большие, маленькие, толстые, тоненькие, стоимостью от пяти до пятидесяти и выше франков, лежат свободно на полочках. Рядом находится коробочка для денег. Набожные французы — сознательные граждане, честно бросают монетки в коробочку и берут то, что купили: обманывать в святом храме грешно.

Прямо напротив церкви возвышается скульптура странника с мешком за плечами. «Это пилигрим, собирательный образ, — объясняет мне служительница костела святого Жака сестра Сесилия. — В средневековой Франции было три главные дороги. Одна из них вела в город Касгр. И именно сюда стремились многочисленные пилигримы, путешествуя пешком. В нашей церкви их принимали, предосьавляя еду и кров». Сесилия родилась в Испании и прожила там до 19 лет. Затем она решила полностью посвятить себя служению Богу, оставила семью и переехала во Францию, в Кастр. К концу разговора мы с Сесилией приходим к выводу, что Бог — Христос — один, и у нас, православных, и у католиков.

Россия-Франция — 1:0

С относительно теплого юга Франции (зима как-никак) мы отправляемся в длительное путешествие на самый север, к проливу Ла-Манш. Здесь, в портово-курортных городах Бре-Дюн, Дюнкерк и Бурбур хоровой театр «Воскресенье» дал последние три шоу-концерта. После каждого из них нам, артистам, устраивали приемы-банкеты в местных мэриях. У меня сложилось впечатление, что русская культура и искусство очень нравятся французам. Причем как простым людям, рабочим и служащим (они с удовольствием посещали концерты череповецкого хора), так и буржуа: владельцам фабрик, магазинов и кафе. После концертов они, восторженные, подходили к дирижеру Сергею Зуеву, к продюссеру Лионелю Дебо, жали руки уставшим артистам и даже делились своей радостью с не менее эмоциональной переводчицей. Послушать наше выступление в Бре-Дюн специально приезжал бельгийский банкир со своей русской красавицей женой.

Скажу честно, жить во Франции сейчас русскому человеку постоянно достаточно скучно. Слишком все размеренно и понятно, разложено по полочкам и, в отличие от «дикой» России, предсказуемо. А вот периодически наведыватся в страну победившего капитализма стоит. Хотя бы для того, чтобы, получив свежие впечатления, привнести в нашу действительность элементы француской экзотики или хотя бы взглянуть на себя со стороны, сравнить динамичную Росиию и успокоенную Францию.

Виктор Кораблев